Кто переживёт весну
- 20 февраля 2015
- administrator
Больше всего кризис ударит по малым предприятиям в сфере торговли, считают эксперты
По итогам 2014 года консолидированный бюджет Иркутской области получил 5,086 млрд рублей налогов, уплачиваемых при применении специальных налоговых режимов, разработанных для малого бизнеса, – это на 9,6% больше, чем в 2013 году. В общем объёме поступлений в областную казну, сообщает Управление ФНС России по Иркутской области, на долю малого бизнеса приходится 4,7% (в позапрошлом году – 4,4%).
В структуре налогов, уплачиваемых при применении специальных режимов, основную долю занимает единый налог, взимаемый в связи с применением упрощённой системы налогообложения – 66,6%, или 3,385 млрд рублей (+10,6% к 2013 году). На единый налог на вменённый доход для отдельных видов деятельности приходится 31,6%, или 1,607 млрд рублей (+7,3%); на единый сельскохозяйственный налог – 1,5%, или почти 78,1 млн рублей (+10,5%). В этом году, прогнозируют в УФНС, объём поступлений может вырасти с 2,2 млн рублей до 5,089 млрд рублей. Несмотря на ряд изменений в Налоговом кодексе РФ, налоговая нагрузка на предприятия малого сектора в 2015 году не увеличится, заверяют в УФНС. Более того, в 2015 году власти отказались от перехода на налогообложение имущества физических лиц исходя из кадастровой стоимости, оставили прежними ставки транспортного налога, снизили стоимость применения патентной системы налогообложения в депрессивных муниципальных образованиях. Соответствующий проект закона Иркутской области проходит согласование, говорится в послании губернатора.
9 февраля на стратегической сессии Иркутского регионального отделения общероссийской общественной организации «Деловая Россия» предприниматели сформулировали список системных проблем, сообщается на сайте уполномоченного по защите прав предпринимателей в Иркутской области. Первый из 15 пунктов – увеличение налогового прессинга на реальные предприятия-производители вместо усиления борьбы с неплательщиками из числа фирм-однодневок. Представители предпринимательского сообщества Иркутской области вообще часто обращают внимание на эту проблему, отмечает бизнес-омбудсмен Алексей Москаленко.
Тремя днями позже в ежегодном послании Заксобранию и жителям региона глава области Сергей Ерощенко предложил отменить региональные налоги для новых предприятий на два года, чтобы стимулировать развитие малого бизнеса в регионе. Однако сами предприниматели считают, что нужны налоговые каникулы для всего малого бизнеса, пусть и временные – чтобы в период кризиса сохранить рабочие места. По данным Иркутскстата, за девять месяцев прошлого года (более свежие данные ещё не опубликованы) средняя численность работников малых предприятий без учёта микрокомпаний в регионе составила без малого 100 тысяч человек и по сравнению с 2013 годом снизилась почти на 5 тысяч.
Предприниматели уже начали экономить, в том числе сокращать сотрудников, отмечает директор центра сопровождения бизнеса «Капиталбайкал» Марина Хрящёва, поскольку выручка упала у всех, особенно в торговле: «Нельзя сказать, что бизнесы ликвидируются. Думаю, сейчас у всех выжидательная позиция – что же будет дальше. Недавно я искала себе сотрудника: выбор на рынке есть, хорошие специалисты уходят с работы, за которую им перестают платить».
Торговля всегда первой принимает удар в кризис, согласен бизнес-брокер ООО «Пересвет» Сергей Мокрецов, а сфера услуг довольно устойчиво переносит даже падение рубля: «Пока я не заметил такого сильного влияния кризиса, как можно было бы предположить. Обращений желающих купить бизнес стало больше, а раньше, напротив, больше было продавцов». По данным руководителя консалтинговой компании «Байкал-Инвест» Олега Змановских, количество предприятий, выставленных на продажу, в 2014 году увеличилось на 11% и составило 1550–1600 предприятий, а объём рынка вырос на 23% до 11,5–11,7 млрд рублей. Принципиальных изменений в прошлом году не произошло, сообщает эксперт, однако отмечает увеличение на 20% доли производственного бизнеса, выставленного на продажу, а также двукратный рост предложения в сфере строительства: «Характерно, что предложение производственных и строительных предприятий заметно выросло в конце года. Чувствуется, что костлявая рука кризиса дотянулась до этих сфер в первую очередь», – подчёркивает Змановских. Среди новых тенденций он называет заметный рост предложения гостиничного бизнеса. Здесь «фишкой» стали так называемые мини-гостиницы, или хостелы. Их образовалось просто слишком много, и бизнес перестал быть таким «вкусным», как раньше, объясняет бывшая владелица хостела Юлия Фаддеева, закрывшая своё дело ещё осенью. «В 2004 году, когда мы начинали, цена за койку была 500 рублей, такой она осталась и сейчас, а все затраты выросли», – говорит Фаддеева, уточняя, что отказаться от хостела её заставила не только экономика – просто перестало быть интересно.
Ещё одна тенденция – увеличение предложения туристских компаний – как туроператоров, так и турагентств, которая стала особенно заметной во втором полугодии. «В нашем регионе по-прежнему высока доля продаваемых турбаз и баз отдыха, – продолжает Олег Змановских. – В настоящее время они входят в первую пятёрку бизнесов, предлагаемых на продажу в сфере услуг».
Статистика налоговой службы за прошлый год выглядит позитивно: число зарегистрированных индивидуальных предпринимателей впервые за несколько лет превысило количество прекративших деятельность – 8811 против 7804 соответственно. Массовое закрытие ИП происходило годом раньше, когда с изменениями в пенсионном законодательстве вдвое – с 17 до 35 тыс. рублей – выросли размеры страховых взносов на обязательное пенсионное страхование и увеличилась стоимость страхового года для расчёта фиксированных взносов в Пенсионный фонд РФ. Тогда в Приангарье было зарегистрировано 7600 новых ИП, а закрыто – 18753.
Управление ФНС не отслеживает причины регистрации или прекращения деятельности индивидуальных предпринимателей, но в 2013 году налоговые органы помогали минэкономразвития Иркутской области проводить опроса предпринимателей, прекративших деятельность в мае-июне того года. Среди проблем 58% респондентов назвали увеличение фиксированного размера страховых взносов, 25% – высокую арендную плату, 21% – низкую рентабельность предприятия.
«За полтора месяца этого года я не увидел ни одного предпринимателя, который бы закрывал свой бизнес, – свидетельствует Алексей Полищук, директор бюро «ЮристЪ». – Надо понимать, что у нас в принципе не принято закрывать компании. Да, трудности есть, ИПшники судятся, но никто не устраивает трагедий. Вообще для России сейчас благое время – рубли очень дешёвые, плохо то, что ставки по кредитам сумасшедшие».
2015-й принёс новую печаль для малого бизнеса: банки в одностороннем порядке увеличивают процентную ставку по кредитам, и так не слишком низкую. «У меня есть небольшая кредитная линия на 4 млн рублей, банк прислал письмо о повышении ставки с 13,95% до 29%, – говорит предприниматель Александр Соболев. – В договоре было прописано, что банк имеет право поднять ставку в одностороннем порядке при изменении ставки рефинансирования ЦБ. Но ставка рефинансирования не поднималась, изменялась ключевая ставка – это разные вещи, хотя они очень похожи и для населения выглядят одинаково». Высокие ставки и недоверие к банковской системе ведут к тому, что многие предпочитают вообще не связываться с кредитами. «Работает «дружеский банк» – такая касса взаимопомощи, – отмечает Сергей Мокрецов. – Конечно, это мешает развитию. Без кредитных денег бизнес развиваться не может».
Однако, несмотря на многочисленные трудности, на которые жалуется бизнес – долгие сроки исполнения государственных процедур, оттеснение «малышей» от государственных тендеров под различными предлогами, увеличение тарифов естественных монополий и прочее, – многие предприниматели всё-таки рассматривают нынешнюю экономическую ситуацию как время возможностей. «Пока всё достаточно ровно и стабильно, – делится ощущениями индивидуальный предприниматель Андрей Фёдоров, в прошлом году открывший свой бизнес по ремонту холодильного, вентиляционного и прочего оборудования в общепите. – Кризис в какой-то мере даже помогает: платёжеспособность населения падает, кафе и рестораны начинают экономить, а более крупные компании за свои услуги требуют больше денег, чем я, поэтому у меня больше заказов». Свою фирму Фёдоров называет «крайне многопрофильным предприятием», которое кроме ремонта занимается также продажей всевозможного оборудования. По собственному признанию, молодой человек начинал своё дело, не особенно веря в его успех – занялся только ради того, чтобы чем-то заняться, уволившись с крупного предприятия и весьма смутно представляя, чем предстоит жить дальше. Однако сейчас Фёдоров уже окупил первоначальные вложения и мечтает о своём магазине разливного пива.
Сфера услуг, не требующая больших вложений, приносит стабильный доход, отмечает Сергей Мокрецов, и пользуется спросом: «Если раньше люди вкладывали деньги в недвижимость, то теперь изменения в налогообложении привели к тому, что многие ищут, куда инвестировать средства, чтобы их сохранить».
Всё могло быть намного хуже, полагает Александр Соболев. Торговля сильно «проседает», а предприятия, которые что-то производят, обеспечены заказами. Впрочем, что будет дальше, пока никто не знает. «Как будет развиваться ситуация дальше – зависит от войны в Донбассе. Если не будет войны, всё будет хорошо», – выражает общее мнение один из собеседников издания. В любом случае, летом станет понятно, кто переживёт весну, заключает Марина Хрящёва.
В структуре налогов, уплачиваемых при применении специальных режимов, основную долю занимает единый налог, взимаемый в связи с применением упрощённой системы налогообложения – 66,6%, или 3,385 млрд рублей (+10,6% к 2013 году). На единый налог на вменённый доход для отдельных видов деятельности приходится 31,6%, или 1,607 млрд рублей (+7,3%); на единый сельскохозяйственный налог – 1,5%, или почти 78,1 млн рублей (+10,5%). В этом году, прогнозируют в УФНС, объём поступлений может вырасти с 2,2 млн рублей до 5,089 млрд рублей. Несмотря на ряд изменений в Налоговом кодексе РФ, налоговая нагрузка на предприятия малого сектора в 2015 году не увеличится, заверяют в УФНС. Более того, в 2015 году власти отказались от перехода на налогообложение имущества физических лиц исходя из кадастровой стоимости, оставили прежними ставки транспортного налога, снизили стоимость применения патентной системы налогообложения в депрессивных муниципальных образованиях. Соответствующий проект закона Иркутской области проходит согласование, говорится в послании губернатора.
9 февраля на стратегической сессии Иркутского регионального отделения общероссийской общественной организации «Деловая Россия» предприниматели сформулировали список системных проблем, сообщается на сайте уполномоченного по защите прав предпринимателей в Иркутской области. Первый из 15 пунктов – увеличение налогового прессинга на реальные предприятия-производители вместо усиления борьбы с неплательщиками из числа фирм-однодневок. Представители предпринимательского сообщества Иркутской области вообще часто обращают внимание на эту проблему, отмечает бизнес-омбудсмен Алексей Москаленко.
Тремя днями позже в ежегодном послании Заксобранию и жителям региона глава области Сергей Ерощенко предложил отменить региональные налоги для новых предприятий на два года, чтобы стимулировать развитие малого бизнеса в регионе. Однако сами предприниматели считают, что нужны налоговые каникулы для всего малого бизнеса, пусть и временные – чтобы в период кризиса сохранить рабочие места. По данным Иркутскстата, за девять месяцев прошлого года (более свежие данные ещё не опубликованы) средняя численность работников малых предприятий без учёта микрокомпаний в регионе составила без малого 100 тысяч человек и по сравнению с 2013 годом снизилась почти на 5 тысяч.
Предприниматели уже начали экономить, в том числе сокращать сотрудников, отмечает директор центра сопровождения бизнеса «Капиталбайкал» Марина Хрящёва, поскольку выручка упала у всех, особенно в торговле: «Нельзя сказать, что бизнесы ликвидируются. Думаю, сейчас у всех выжидательная позиция – что же будет дальше. Недавно я искала себе сотрудника: выбор на рынке есть, хорошие специалисты уходят с работы, за которую им перестают платить».
Торговля всегда первой принимает удар в кризис, согласен бизнес-брокер ООО «Пересвет» Сергей Мокрецов, а сфера услуг довольно устойчиво переносит даже падение рубля: «Пока я не заметил такого сильного влияния кризиса, как можно было бы предположить. Обращений желающих купить бизнес стало больше, а раньше, напротив, больше было продавцов». По данным руководителя консалтинговой компании «Байкал-Инвест» Олега Змановских, количество предприятий, выставленных на продажу, в 2014 году увеличилось на 11% и составило 1550–1600 предприятий, а объём рынка вырос на 23% до 11,5–11,7 млрд рублей. Принципиальных изменений в прошлом году не произошло, сообщает эксперт, однако отмечает увеличение на 20% доли производственного бизнеса, выставленного на продажу, а также двукратный рост предложения в сфере строительства: «Характерно, что предложение производственных и строительных предприятий заметно выросло в конце года. Чувствуется, что костлявая рука кризиса дотянулась до этих сфер в первую очередь», – подчёркивает Змановских. Среди новых тенденций он называет заметный рост предложения гостиничного бизнеса. Здесь «фишкой» стали так называемые мини-гостиницы, или хостелы. Их образовалось просто слишком много, и бизнес перестал быть таким «вкусным», как раньше, объясняет бывшая владелица хостела Юлия Фаддеева, закрывшая своё дело ещё осенью. «В 2004 году, когда мы начинали, цена за койку была 500 рублей, такой она осталась и сейчас, а все затраты выросли», – говорит Фаддеева, уточняя, что отказаться от хостела её заставила не только экономика – просто перестало быть интересно.
Ещё одна тенденция – увеличение предложения туристских компаний – как туроператоров, так и турагентств, которая стала особенно заметной во втором полугодии. «В нашем регионе по-прежнему высока доля продаваемых турбаз и баз отдыха, – продолжает Олег Змановских. – В настоящее время они входят в первую пятёрку бизнесов, предлагаемых на продажу в сфере услуг».
Статистика налоговой службы за прошлый год выглядит позитивно: число зарегистрированных индивидуальных предпринимателей впервые за несколько лет превысило количество прекративших деятельность – 8811 против 7804 соответственно. Массовое закрытие ИП происходило годом раньше, когда с изменениями в пенсионном законодательстве вдвое – с 17 до 35 тыс. рублей – выросли размеры страховых взносов на обязательное пенсионное страхование и увеличилась стоимость страхового года для расчёта фиксированных взносов в Пенсионный фонд РФ. Тогда в Приангарье было зарегистрировано 7600 новых ИП, а закрыто – 18753.
Управление ФНС не отслеживает причины регистрации или прекращения деятельности индивидуальных предпринимателей, но в 2013 году налоговые органы помогали минэкономразвития Иркутской области проводить опроса предпринимателей, прекративших деятельность в мае-июне того года. Среди проблем 58% респондентов назвали увеличение фиксированного размера страховых взносов, 25% – высокую арендную плату, 21% – низкую рентабельность предприятия.
«За полтора месяца этого года я не увидел ни одного предпринимателя, который бы закрывал свой бизнес, – свидетельствует Алексей Полищук, директор бюро «ЮристЪ». – Надо понимать, что у нас в принципе не принято закрывать компании. Да, трудности есть, ИПшники судятся, но никто не устраивает трагедий. Вообще для России сейчас благое время – рубли очень дешёвые, плохо то, что ставки по кредитам сумасшедшие».
2015-й принёс новую печаль для малого бизнеса: банки в одностороннем порядке увеличивают процентную ставку по кредитам, и так не слишком низкую. «У меня есть небольшая кредитная линия на 4 млн рублей, банк прислал письмо о повышении ставки с 13,95% до 29%, – говорит предприниматель Александр Соболев. – В договоре было прописано, что банк имеет право поднять ставку в одностороннем порядке при изменении ставки рефинансирования ЦБ. Но ставка рефинансирования не поднималась, изменялась ключевая ставка – это разные вещи, хотя они очень похожи и для населения выглядят одинаково». Высокие ставки и недоверие к банковской системе ведут к тому, что многие предпочитают вообще не связываться с кредитами. «Работает «дружеский банк» – такая касса взаимопомощи, – отмечает Сергей Мокрецов. – Конечно, это мешает развитию. Без кредитных денег бизнес развиваться не может».
Однако, несмотря на многочисленные трудности, на которые жалуется бизнес – долгие сроки исполнения государственных процедур, оттеснение «малышей» от государственных тендеров под различными предлогами, увеличение тарифов естественных монополий и прочее, – многие предприниматели всё-таки рассматривают нынешнюю экономическую ситуацию как время возможностей. «Пока всё достаточно ровно и стабильно, – делится ощущениями индивидуальный предприниматель Андрей Фёдоров, в прошлом году открывший свой бизнес по ремонту холодильного, вентиляционного и прочего оборудования в общепите. – Кризис в какой-то мере даже помогает: платёжеспособность населения падает, кафе и рестораны начинают экономить, а более крупные компании за свои услуги требуют больше денег, чем я, поэтому у меня больше заказов». Свою фирму Фёдоров называет «крайне многопрофильным предприятием», которое кроме ремонта занимается также продажей всевозможного оборудования. По собственному признанию, молодой человек начинал своё дело, не особенно веря в его успех – занялся только ради того, чтобы чем-то заняться, уволившись с крупного предприятия и весьма смутно представляя, чем предстоит жить дальше. Однако сейчас Фёдоров уже окупил первоначальные вложения и мечтает о своём магазине разливного пива.
Сфера услуг, не требующая больших вложений, приносит стабильный доход, отмечает Сергей Мокрецов, и пользуется спросом: «Если раньше люди вкладывали деньги в недвижимость, то теперь изменения в налогообложении привели к тому, что многие ищут, куда инвестировать средства, чтобы их сохранить».
Всё могло быть намного хуже, полагает Александр Соболев. Торговля сильно «проседает», а предприятия, которые что-то производят, обеспечены заказами. Впрочем, что будет дальше, пока никто не знает. «Как будет развиваться ситуация дальше – зависит от войны в Донбассе. Если не будет войны, всё будет хорошо», – выражает общее мнение один из собеседников издания. В любом случае, летом станет понятно, кто переживёт весну, заключает Марина Хрящёва.