Почему одни люди в старости угасают, а другие продолжают жить полной жизнью: мудрый ответ Цицерона
- 02:48 17 августа
- Валерия Черных
Два человека могут быть ровесниками, но восприниматься совершенно по-разному. Один постепенно теряет интерес ко всему новому, всё чаще жалуется и будто заранее прощается с жизнью. Другой строит планы, читает, занимается любимым делом, встречается с людьми и не считает свой возраст поводом отказываться от будущего.
Почему так происходит? Ответ на этот вопрос Марк Туллий Цицерон дал ещё в 44 году до нашей эры в трактате «О старости». Прошло больше двух тысяч лет, а его наблюдение почти не потеряло актуальности.
Старость не делает человека другим
В своём произведении Цицерон вкладывает рассуждения в уста 84-летнего Катона Старшего. Одна из центральных мыслей проста: недостатки, которые принято списывать на преклонные годы, зачастую являются недостатками самого характера. Даже достаток, по его рассуждению, не сделает старость лёгкой для человека, который не умеет правильно к ней относиться.
Иными словами, возраст усиливает то, с чем человек подошёл к нему. Если единственными источниками радости были молодость, физическая сила и развлечения, потеря привычных возможностей действительно переживается тяжело.
Но Цицерон видел и другой путь.
Не переставать быть занятым жизнью
Он спорил с представлением, будто пожилому человеку остаётся только отдыхать и вспоминать прошлое. В «О старости» приводятся примеры людей, которые продолжали заниматься делами до последних лет. Цицерон подчёркивал: для старшего возраста существуют свои занятия, не требующие молодой физической силы, но сохраняющие человеку роль, цель и интерес.
Даже ослабление памяти он не считал неизбежным оправданием бездеятельности. В трактате говорится, что память страдает в том числе тогда, когда её недостаточно упражняют. Среди удовольствий зрелого возраста Цицерон отдельно выделял беседы, чтение и занятия землёй.
Вот где проходит настоящая граница
Разумеется, философ не утверждал, что старость не приносит физических ограничений. Его мысль была тоньше: не нужно добровольно отказываться от жизни только потому, что некоторые её формы стали недоступны.
Возможно, именно поэтому одни люди словно угасают задолго до конца, а другие до глубокой старости остаются заинтересованными в происходящем. Вторые продолжают находить дела, для которых хочется проснуться утром, людей, с которыми интересно разговаривать, и новое, чему ещё можно научиться.
Ответ Цицерона можно свести к простой мысли: хорошая старость начинается задолго до появления седины. Если человек привык думать, интересоваться, трудиться и находить смысл не только в молодости и физических удовольствиях, возраст забирает у него гораздо меньше, чем принято считать.