Что русскому Datsun? Выясняем, зачем пришел новый японский автопроизводитель

Что нам ждать от этого бренда, зачем он здесь и как надолго — мы решили расспросить у самого что ни на есть первого лица компании.

Жером Сего

Образование: French business school
Карьера:
торговый представитель Renault Trucks в Африке
директор по маркетингу Peugeot во Франции, России
директор по маркетингу «Nissan Восток»
директор «Datsun Россия»
— Не боитесь запускать новый бренд в сегодняшние кризисные времена?
— Принципиальное решение о запуске нового бренда мы принимали в 2009 году, и это, конечно, серьезное решение, потому что влечет за собой строительство дилерской сети и запуск производства. Мы изначально ориентировались на старт двух моделей в этом году и двух — в последующие годы. Что до плохих времен… Конечно, рынок сейчас не такой, как мы ожидали. Но рынок — штука гибкая в среднесрочной перспективе, а мы пришли явно не на пару лет.

Да, рынок падает, но для нас это возможность, потому что мы играем в том сегменте, который конкурирует в первую очередь с подержанными автомобилями. А вы же знаете, что на фоне падения продаж новых машин вторичный рынок показывает прирост. То есть люди машины все-таки покупают! Они, скорее всего, не хотят переплачивать за машину. Для них и существует наше предложение.

— Сколько автомобилей уже продано?
— Мы открыли 24 дилерских центра по всей стране, в том числе в Екатеринбурге. Трафик очень большой, клиенты ходят сотнями и активно интересуются новинками, хотя в шоу-румах первое время будет всего по паре экземпляров наших машин. Пока рано говорить о продажах, потому что они стартуют только в сентябре. Но если говорить о предзаказах, то мы заключили уже порядка 300 договоров. Скоро будет лучше, потому что с сентября у клиентов появится возможность тест-драйва.

— Означает ли ваш выход на рынок, что у «Ниссана» в линейке не останется доступных моделей и вы займете эту нишу?
— Рассматривая развивающиеся рынки, мы продумывали разные варианты. В частности, думали расширить линейку «Ниссана» бюджетными моделями. Но потом поняли, что клиенты слишком разные, и неправильно все мешать в одну кучу. Поэтому мы создали отдельный бренд для доступных моделей. Увы, не все клиенты останутся с Datsun на всю жизнь, со временем 70% из них уйдут к Nissan.

— Будут ли автомобили экспортироваться из Тольятти в страны СНГ и Таможенного союза, например, Казахстан?
— Казахстан нам интересен как перспективный рынок, поэтому мы изучаем возможность выхода в эту страну.

— Пока что для «Датсунов» доступен только один силовой агрегат — 8-клапанник 1,6. Что дальше?
— Планов по расширению линейки моторов на данный момент нет.

— Еще обе представленные модели — on-DO и mi-DO — оснащены только механическими трансмиссиями. Планируются ли «автоматы», и что это будет: классическая АКПП, как на «Гранте», или новый «робот» вазовской разработки?
— Это будет трансмиссия Jatco, которая устанавливается на Lada Granta и Kalina. Вариант с «роботом» не рассматривался, потому что конструктивно внедрить его в эти автомобили невозможно.

— Кто придумывал названия для моделей и проводились ли перед этим какие-то маркетинговые исследования? Просто то же название «он-ДО» по-русски звучит слегка… неблагозвучно.
— Слышал я все эти шутки про названия, мы к ним привыкли еще со времен «Кашкая». Все любят смеяться. Что касается исследований, то да, они есть. Над неймингом работает интернациональная команда специалистов. В названии мы хотели передать настроение моделей. Частица «До» должна ассоциироваться с чем-то японским — дзюдо, айкидо; а «он» намекает на маскулинность, мужественность модели. Что до второй машины — mi-DO, то «mi» ассоциируется с чем-то очень личным, персонализирует машину — созвучно английскому «me» — «я», «мое».

— Что касается качества, «Датсуны» идут по тому же конвейеру, что и «Гранты» с «Калинами». А у владельцев этих машин есть масса нареканий к качеству изготовления. Перекочуют ли они на «Датсуны», ведь делаются эти машины, по сути, теми же руками?
— На итоговое качество влияют и производственные процессы, и качество комплектующих. Поэтому перед производством мы посылали на завод команду японских специалистов, чтобы они оценили конвейер «Калины», оценили поставщиков компонентов, и только после этого вынесли свой вердикт.

Каждый готовый автомобиль у нас проверяется по всем параметрам, указанным в специальном проверочном листе — таком же, как на наших заводах в других странах. Да и честно скажу, АвтоВАЗ сегодня уже не тот, что был 25 лет назад.