Почему одни люди становятся родными будто без причины, а с другими не сближаешься и за десятки лет: мудрый ответ Монтеня

Бывает странное чувство: человека знаешь всего несколько месяцев, а разговариваешь с ним так, словно знаком всю жизнь. Не приходится тщательно выбирать слова, изображать интерес или постоянно объяснять себя. А рядом может быть другой — коллега, сосед или давний знакомый, — с которым прошли годы, но настоящей близости так и не возникло.

Французский философ Мишель де Монтень размышлял об этом ещё в XVI веке.

Почему годы ничего не гарантируют

Монтень отделял дружбу от обычного знакомства. По его мысли, многие отношения возникают потому, что людей свела работа, соседство, общие дела, необходимость или обстоятельства. Между ними может быть симпатия, уважение и десятилетия общения, но это ещё не та близость, которую философ называл настоящей дружбой.

Именно поэтому время не всегда решает всё. Можно видеть человека каждую неделю и продолжать оставаться с ним на определённой дистанции. Общая история увеличивается, а внутреннего ощущения «меня здесь понимают» не появляется.

С другим всё происходит почти наоборот. Не нужно составлять список причин, за что именно он нравится. Совпадают не обязательно профессии, характеры или увлечения — возникает более редкое чувство узнавания другого человека.

Ответ Монтеня оказался удивительно коротким

Когда философ попытался объяснить привязанность к своему другу, он признал, что подобрать рациональную причину не может. Его знаменитая формула звучит так: «Потому что это был он; потому что это был я».

За этой фразой стоит простая мысль: глубокая близость не всегда складывается из набора достоинств. Мы можем прекрасно понимать, почему уважаем человека, почему нам с ним выгодно сотрудничать или почему нас связывает прошлое. Но чувство родства иногда возникает на уровне, который трудно разложить на аргументы.

Поэтому не каждая долгая связь обязана однажды стать душевной. И наоборот, быстро возникшая близость не обязательно поверхностна только потому, что люди знакомы недавно. Для Монтеня высшая дружба была настолько редким совпадением двух личностей, что её нельзя было свести ни к пользе, ни к привычке, ни даже к количеству прожитых рядом лет.

Возможно, поэтому некоторые люди входят в нашу жизнь тихо и почти сразу становятся «своими», а другие остаются хорошими знакомыми спустя десятилетия. Близость измеряется не календарём, а тем редким совпадением, которое Монтень смог объяснить лишь так: он был именно им, а я — именно мной.